Хирургия и радиотерапия рака достигли потолка своих возможностей, «больше, чем сейчас вырезают (гемикорпэктомия – удаление тела ниже пояса) и облучают, уже не сделаешь». Возможны только «технологические» улучшения, не влияющие на выживаемость.
Химиотерапия тоже достигла потолка своих возможностей в рамках текущей парадигмы, не предусматривающей персонализации лечения химиопрепаратами.
Зато есть взрывной рост таргетных фармпрепаратов от рака, но «цена успеха не пропорциональна его размеру».
Когда появились иринотекан и оксалиплатин, то мы увеличили выживаемость при колоректальном раке на 30 недель, и стоило это дополнительно 60 тыс. $. на пациента.
Когда же появились таргетные препараты, то увеличение выживаемости уже обходится в дополнительных 180 тыс. $.
А комбинация первых препаратов для иммунотерапии стоила 1 млн.$ в год на пациента.
В результате, не смотря на официальные рекомендации, ни система здравоохранения, ни больные с их семьями не способны оплатить такое лечение.
Более того, когда мы лечим 10% больных такими дорогими препаратами за счет здравоохранения, мы лишаем остальные 90% больных минимально необходимого лечения.
Просто потому что в нашей стране на здравоохранение выделяется из госбюджета крайне мало.
Система здравоохранения должна удовлетворить базовые потребности в лечении всех больных ( в данном случае речь идет о недорогой химиотерапии с убедительной эффективностью), а из оставшихся ресурсов оплачивать дорогие препараты.
Химиотерапия тоже достигла потолка своих возможностей в рамках текущей парадигмы, не предусматривающей персонализации лечения химиопрепаратами.
Зато есть взрывной рост таргетных фармпрепаратов от рака, но «цена успеха не пропорциональна его размеру».
Когда появились иринотекан и оксалиплатин, то мы увеличили выживаемость при колоректальном раке на 30 недель, и стоило это дополнительно 60 тыс. $. на пациента.
Когда же появились таргетные препараты, то увеличение выживаемости уже обходится в дополнительных 180 тыс. $.
А комбинация первых препаратов для иммунотерапии стоила 1 млн.$ в год на пациента.
В результате, не смотря на официальные рекомендации, ни система здравоохранения, ни больные с их семьями не способны оплатить такое лечение.
Более того, когда мы лечим 10% больных такими дорогими препаратами за счет здравоохранения, мы лишаем остальные 90% больных минимально необходимого лечения.
Просто потому что в нашей стране на здравоохранение выделяется из госбюджета крайне мало.
Система здравоохранения должна удовлетворить базовые потребности в лечении всех больных ( в данном случае речь идет о недорогой химиотерапии с убедительной эффективностью), а из оставшихся ресурсов оплачивать дорогие препараты.
